Воспользовавшись двухмесячным отсутствием Истинного Учителя Истины (то есть меня), враги Человечества оттопырились по полной. Возвратившись вчера из экспедиции, я обнаружил ряд безобразий, а именно: что планета ругает извечную японскую безалаберность и надежду на авось; что лауреат нобелевской премии мира ни с того ни с сего выбрал из ряда арабских самодержцев одного и вовсю его бомбит; наконец, что тип, чьими стараниями крупнейшая страна Земли уменьшилась на четверть -- только что получил высший государственный орден того, что осталось.

Я начал было разбираться -- но тут пришел первый гость. Он принёс на себе такой затейливый инопланетный вирус, что я чуть не позабыл о планетарных делах.

Посетитель -- молодой человек лет сорока в курточке с капюшоном -- имел столько заслуг перед собой, что во время разговора то и дело испытывал к себе невольное уважение. Он пришел по распоряжению своего благодетеля, мелкого олигарха -- однако, передав поручение, остался поучить меня некоторым элементарным вещам. В частности, юноша раскритиковал мою приёмную, заявив, что так не обставляются с начала 90-х, и мой Журнал -- пояснив, что я его никогда не монетизирую при таком подходе.

-- Я не собираюсь его монетизировать, голубчик. -- сказал я.

-- Так это чисто для самоутверждения? -- удивился гость. -- А. Лично мне это не нужно.

И он немедленно принялся самоутверждаться об меня с разбегу.

-- Я, как человек неконфликтный и не потребитель, успех вижу в другом. -- презрительно завёл он. -- Мне не нужно всех денег на свете заработать, всем морду набить или там всех тёлок в койку уложить.

-- Это похвально, -- согласился я. -- Каковы же ваши достижения?

-- Ну как. Просто я вот достиг того уровня возможностей, когда могу себе позволить всё для собственного развития и просто для жизни. В отпуск захотелось -- залёг. Захотел, не знаю, дефлопе из палабы -- позволил себе. Или захотел -- пошел на йогу или с самолёта прыгнул. Вот это крутизна, я считаю...

На этом месте мне всё стало ясно -- и я внушил гостю, что он рогозуб. Больной тут же зарылся в ковёр с намерением уснуть до сентября, а я набрал номер проф. Инъязова и поделился симптомами. Сопромат Инъязович подтвердил: мне попался типичный айпотент.

Этот термин профессор произвел, имея в виду латинское "рotens" и целый таксон многофункциональных электроприборов, у которых куча возможностей, но которые ничего не производят.

Об айпотентах как разновидности Homo стоит поговорить отдельно. Немногим известно, что эти мутанты выведены враждебными Внеземными Цивилизациями в рамках галактической программы по десталинизации Человечества и полному его обезвреживанию. Айпотенция есть качество-обманка, призванное окончательно уничтожить такие человеческие понятия, как власть и сила.

...Коротко говоря, всю человеческую историю могущественным считался тот, кто мог ощутимо воздействовать на мир и этим пользовался. А вовсе не тот, кто испытывал самые необычные ощущения. Геракл был известен как дурными, так и хорошими делами -- но не тем, что его массажировали самые мускулистые рабы в Микенах. Сильными считали не людей, откармливавших себя семечками кациуса -- а людей, делавших что-нибудь масштабное, вроде скульптур, прививок, дорог или империй. Персонажи, которые отказывались от консульства ради возможности в любое время года принимать перорально дроздов и лежать в термах, подвергались общественной насмешке: в глазах окружающих пассивное бездействие было падением.

Однако времена изменились, и продвинутые формы падения (проф. Инъязов полагает, что процесс можно назвать "айпадением";) стали почему-то восприниматься как взлёты. Сегодня миллионы наших современников искренне уверены в своём могуществе -- на том основании, что они в любую минуту могут расслабиться и получить удовольствие под кем-то квалифицированным. Объект приложения их сил незаметно перевернулся вверх тормашками. Ещё в двадцатом столетии, когда все ругали потребительство, могущество измерялось хотя бы тем, что человек имел. Сегодня, когда общество потребления сменилось обществом пользования -- дела обстоят наоборот. Сто лет назад могущественные люди скупали земли и города, затевали фабрики, рыли каналы и подымали восстания. Сегодня они ложатся под ножи стилистов, покоряются строгим тренерам, застывают дисциплинированными тушками под солнцем высоких широт и вообще дезертируют от жизни, как могут -- пока где-то на далёком Хонсю построенные сорок лет назад АЭС пыхтят, обеспечивая им эти возможности.

Когда айпотенты говорят о том, что они Могут Себе Позволить -- они нагло врут. На деле они могут позволить не себе -- а себя. В этом смысле их нелепая гордость своими возможностями близка гордости непотребных мужчин и женщин, кичащихся тем, что они "могут позволить" себя четверым пользователям одновременно.

При этом в глубине души, разумеется, айпотенты остаются людьми: они ищут состоятельности во внешнем мире и в чужих глазах. Однако у здорового человека трудно вызвать восхищение, демонстрируя ему свои гигантские заслуги перед собой. Поэтому айпотенты вечно мучаются недостатком признанности и постоянно пытаются напасть на ближних с рассказом о том, кому и чему они себя тут на днях позволили. Вид у них при этом глупый.

...Космос напоминает: у Человечества есть гигантский опыт излечения айпотентов и привлечения их к реальному миру. Одно из таких терапевтических мероприятий я навещаю каждое лето, путешествуя на теплоходе "Михаил Исаковский" из Петербурга в Архангельск.